Наше с ней знакомство произошло при странных обстоятельствах. Мой друг (учились в одной группе) Серёга попросил меня приехать 7 января к городской проруби, что на реке Шексне у церкви, ровно в 12.00 по полудню. Он впервые решил окунуться в проруби. От меня ему была нужна моральная поддержка. Да, я забыл представиться - Александр Молчанов. Там впервые у проруби я увидел её – мать Серёги. Ничего особенно в ней не было. Но…глаза! Когда она взволнованно заговорила, её глаза лукаво заблестели, и у меня внутри что-то заныло, по-звериному настырно. Она же, видимо, со всем мужским населением так общалась: кокетливо - непринуждённо. Потом это чувство во мне прошло, стихло, и я даже пытался ей подъигрывать - тоже кокетничал, ёрничал и смешил.
По окончанию учебного заведения, нам вручали дипломы в одном из кинотеатров города. Она сидела между мной и Серёгой. Мои мысли блуждали где-то на сцене, где танцевали девчонки, которые учились курсом ниже и я любовался их грациозными плавными движениями рук и осиными талиями. Она же это почувствовала, немного занервничала, и тщательно пыталась в себе скрыть ревность, удачно шутя. Но ревность я заметил. И тогда мне это польстило: взрослая, уверенная в себе дама влюбляется в меня. Приятно. Не более.
Так случилось, что дружба между мной и Серёгой крепла, и я всё чаще стал бывать у него дома и всё чаще проявлять интерес к его матери. Серёга это замечал, нервничал, но мне ничего не говорил. Считал, видимо, что эта блажь у его матери пройдёт. Стечение обстоятельств я придумал сам, и напросился пожить у друга Серёги несколько недель. Тот, к моему удивлению и радости, согласился. На дворе стоял август. По вечерам Сергей и его мама ходили на реку Шексну купаться. Меня эта перспектива купаться в холодной воде не прельщала, и я был для них обычным сопровожатым. Иногда к нам присоединялась и девушка Сергея Ира. После купания Серёга шёл провожать домой подружку, а мы с Натальей, его матерью шли домой.
Однажды благополучно дойдя до дома, мы обнаружили, что ключей от квартиры нет. Решили ждать Серёгу во дворе. Присели на скамейку. Минут через десять пошёл мелкий дождь. Потом он усилился, зачастил и укрупнился, стал с горошину. Не бежать же к подъезду? Растянули огромное полотенце над головой, плотнее прижались друг к другу и сидели, не замечая секунд, минут и часов. На моих коленях примостился чей-то загулявший котяра, который, видимо, посчитал, что тут удобней, чем на мокром песке. Я услышал, скорее, почувствовал, что сердце Натальи стало наращивать обороты, её трясло, то ли от озноба, то ли от моей близости и голос её осипший, изменившийся, говорил какую-то несуразицу. Я же молчал совсем... Меня как будто шибануло током, я даже не мог пошевелиться. Сколько времени прошло? Мы не знали. Очнулись только от знакомого голоса: «Чего сидим? Кого ждём?» Это Серёга весёлый и счастливый шагал через двор нам навстречу. Придя в квартиру, я понял, что внутри весь дрожу и уснуть не смогу. Наталья спросила: «Хочешь поговорить?». «Да, -ответил я- пойдём на балкон». Она разрешила мне обращаться к ней на «Ты», но с отчеством. До утра мы говорили на разные темы, откровенно, иногда перебивая друг друга, как будто всё, что наболело и накопилось в нас, разом выплеснулось наружу. Под утро, чмокнув друг друга в щёчки, мы ушли спать. Серёга лежал на диване и смотрел в потолок: «Ну, что, полуночник, наговорился?»- только и сказал. Странное чувство не покидало меня, оно пугало и завораживало. Я понимал, что между нами (мной и этой взрослой женщиной) что-то происходит. Как оно называется? Не знаю. Знаю только одно - мне с ней «тепло» и хорошо. А может у неё любовь? Может временное помешательство от одиночества и невостребованности? Но ведь нас в равной степени тянет друг к другу. В голове роились десятки вопросов без ответов. У кого спросить? У друзей? Не поймут, да и сами не больше меня понимают в жизни. Кто посоветует? И что, главное? Нет, я никому ничего не скажу. Сам справлюсь. Один. Я уснул.
Утро было свежее. Дышалось легко и свободно. На душе был праздник.