Священник Василий.
Отец Василий родом из Нерюнгри, города, который считается «южной столицей» Республики Саха. Городок сам по себе небольшой, даже шести десятков не насчитывает, стоит на реке Чулман.
Отец Василий большой складный человек, почти метр девяносто ростом. В его роду были и русские, и якуты, и эвенки. Смотрел на людей открытым взглядом черными, как угольки, с чуть скошенными веками, глазами. Его лицо имело овальную форму смуглого цвета, невысокий и гладкий лоб. Волосы жидкие с жёсткой структурой. Такой же негустой была и бородка.
Имела место у Василия одна характерная особенность: ел он быстро, толком не прожёвывая пищу, от того был у мужчины небольшой, но характерно выступающий животик.
В веру наш герой пришел уже в сознательно взрослом возрасте, поэтому взгляды его на православии были не просто с чувством, но и с толком.
На военную операцию в качестве волонтёра он попросился сразу, как только она началась. Ездил туда исправно, постоянно и с каким-то необыкновенным рвением. Да, его, собственно никто и не удерживал. Имелась у Василия семья: жена и две дочери. Разница между девочками была большая. Одна дочь почти взрослая, а младшая- ученица начальных классов. Девочки росли скромными и послушными. За них священник особо не переживал, видел, что порядочными растут. А вот помочь солдатикам, считал он, его священный долг.
Объездил священник с передвижной часовенкой почти всю передовую. Везде его любили и ждали, как родного. А ведь проехать по украинскому бездорожью было непросто, ох как непросто. Дорога от тяжелой техники, особенно после дождя, превращалась в сплошное месиво. Надо проехать на буханке, да еще и прицеп с молельной протащить по такому-то бездорожью.
Но зато, когда появлялась машина в какой-то части, радости бойцы не скрывали. Они знали, что от отца Василия получат благодать, духовную помощь, и даже нужный совет. Не было привычки у священника кого-то судить-рядить. Каждого бойца он слушал внимательно, стараясь вникнуть в его чаяния, для каждого находил доброе слово или совет. Потому тянулись к Василию бойцы, как к родному человеку. Тому, кто не судит, можно доверить многое. Вел отец Василий беседы с бойцами на разные темы, давал наставления воинам в истинах православной веры и правилах благочестия, назидание и утешение болящих в лазаретах. В последних он тоже был известным священником. После таких духовных и даже мирских разговоров, становилось легче на душе, и, как следствие, поднимался боевой дух. Отец Василий, как никто, это хорошо понимал.
Когда-то еще давно, в январе 1720 года Петр Первый утверждает своим указом первый в истории русского флота важнейший документ — «Морской устав». В этом всеобъемлющем своде морских правил, законов и требований уже содержится отдельный пункт, касающийся священников на кораблях: глава IX «О священниках».
Второй и третий пункты называются «О священнике на каждом корабле» и определяют нормы и правила поведения флотских священников. Им, в частности, предписывалось «содержать себя в добром порядке во образ другим… дабы не прельщать людей непостоянством или притворною святостью и бегать корысти, яко кореня всех злых».
Отец Василий уважал русского царя Петра и помнил о его наставлениях. А ещё он помнил о своём тёзке, который был удостоен ордена Святого Георгия IV степени в 1813 году, полковой священник 19-го Егерского полка Василий Васильковский. Вместе со своей паствой он принимал участие во всех сражениях.
«Вот с кого надо брать пример», - думал отец Василий.
А, глядя на него самого, многие солдаты думали: «Не святой святой».